После насыщения пяти тысяч пятью хлебами Господь «понудил учеников Своих войти в лодку и отправиться вперед на другую сторону». Сам же Он взошел на гору помолиться. Но увидев, что они терпят бедствие, по причине сильного ветра, пошел к ним прямо по воде. Они же, увидев Его, «идущего по морю, подумали, что это призрак, и вскричали. Ибо все видели Его и испугались. И тотчас заговорил с ними и сказал им: это Я, не бойтесь. И вошел к ним в лодку; и ветер утих. И они чрезвычайно изумлялись в себе и дивились. Ибо не вразумились чудом над хлебами, потому что сердце их было окаменено».

  Окаменение сердца, это когда мы не способны усваивать уроки, когда события нашей жизни, едва перестав быть досягаемыми для телесных чувств, сразу же уходят в небытие. Окамененное сердце, подобно окаменевшим рукам, неспособно что-либо удержать. Так бывает и по отношению к Богу, когда при всякой новой беде мы забываем, как в прошлом Господь спасал нас. Так бывает и по отношению к человеку, когда при первом же недоразумении забываем, что перед этим долгое время нормально жили. Мы сразу бросаемся как в бой, как на самого лютого врага, – как будто, кроме этого, вольного или невольного, дурного поступка, ничего нет, не было, и не может быть!

  Божий человек поступает совсем не так. Однажды Апостол столкнулся с умалением в галатийской церкви всеобъемлющего значения Христовой жертвы. А все, что касается Христа, для Павла было глубоко личным делом. «Боюсь за вас, не напрасно ли я трудился у вас», – с беспокойством пишет он Галатам. Сколько труда вложил он в их просвещение, а они, выходит, все попрали. Окамененное нечувствие в подобном случае если и вспоминает прошлое, то – вот, мол, вы и всегда были такими, что с вас взять!

  А человек с живым сердцем, видя настоящее зло, – с теплым чувством вспоминает прошлое добро, и самим же отступникам напоминает об этом. Он пишет: «Вы ничем не обидели меня! Знаете, что хотя я в немощи плоти благовествовал вам в первый раз, но вы не презрели искушения моего во плоти моей, и не возгнушались им, а приняли меня, как Ангела Божия, как Христа Иисуса. Как вы были блаженны! Свидетельствую о вас, что, если бы возможно было, вы исторгли бы очи свои и отдали мне». Ведь было же это! Именно сюда возвращается Павел. И именно сюда он хочет возвратить Галатов, чтобы именно отсюда снова повести их по истинному пути, чтобы помочь им преодолеть тупик, в который они зашли.

  «Прошу вас, братия», – пишет Апостол, – «будьте как я»: и в вере, и в жизни по вере. – Потому что это вполне возможно для каждого из вас, несмотря на все ваши нынешние заблуждения. «Потому что и я, как вы». Потому что и я с Божией помощью выбирался из такой глубины зла, из такого противления истине, которые вам и не снились.