В воскресенье перед праздником Троицы, – память святых отцов Первого Вселенского Собора. Перед праздником Троицы мы прославляем тех, кто обличил арианскую ересь и научил нас православно исповедовать Отца и Сына и Святого Духа, Троицу единосущную и нераздельную.

  Арианство родилось, как рождаются все лжеучения. Гордый ум говорит: «Я не могу этого понять, а значит, этого не может быть». И Арий стал учить, что истинный Бог – лишь Бог Отец, а Сын только подобен Ему. Это учение более понятно для ума, и оно увлекло многих.

  Когда-то Апостол Павел сказал пастырям Церкви: «Итак, внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святой поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе кровию Своею. Ибо Я знаю, что по отшествии моем войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою».

  Так потом и пошло, и во все времена приходилось оберегать Христовых овец от лютых волков. Именно от волков. Кто привносит ложь в учение о Боге, тот поистине губит души. Всякая ложь о Боге уродует всю духовную жизнь, и незаметно направляет человека совсем в другую сторону.

  И святые Отцы Церкви на Первом Вселенском Соборе не свое личное мнение противопоставили мнению ариан, но тщательно рассмотрели Божественное Писание. А там во многих местах и прямо, и косвенно говорится о единосущии Бога Отца и Бога Сына. Вот и сегодня мы читали слова молитвы Сына к Отцу. Казалось бы, если молитва, значит, молящийся ниже того, кому молится. Но вспомним, какими словами молился Иисус, например, перед воскрешением Лазаря:

  «Отче! Благодарю Тебя, что Ты услышал меня. Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня» (Ин.11:41–42). Еще прежде просьбы – уже благодарит, как будто все, о чем Он собирается просить, уже совершилось. Так и в сегодняшней молитве. Сначала Он говорит: «Отче! …прославь Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тебя». То есть прославление Сына – условие прославления Отца. И тут же продолжает: «Я прославил Тебя на земле». «И ныне прославь Меня Ты, Отче». А здесь – прославление Отца – условие прославления Сына.

  Также и когда Господь молится о людях, Он говорит: «Они были Твои, и Ты дал их Мне, и они сохранили слово Твое». Как будто все верные всегда принадлежали только Отцу; Отец Сам все открыл им, и они должны только сохранить это. Но тут же видим, что знание об Отце люди получили только от Сына: «Я открыл имя Твое человекам», «слова, которые Ты дал Мне, Я передал им» (Ин.17:6, 8).

  И именно Сын должен дать им «жизнь вечную». «Они Твои», – говорит Господь о людях Божиих, и в то же время молит за них Отца, словно они только Ему, Сыну, принадлежат, и еще чужды Отцу. И здесь нет противоречия. Просто логика здесь не земная, а Божественная, небесная.

  У Лиц Святой Троицы одна воля, одна жизнь. Хотя Бог Сын и принял человеческое естество, но Он остался совершенным Богом, и между Ним и Отцом, как и прежде, нет ни малейшего расстояния. Нет также ни малейшего промежутка времени между просьбой и выполнением ее. Господь просто, с полным жертвенным послушанием исповедует: «И все Мое Твое», и тут же с полным сыновним дерзновением продолжает: «и Твое Мое». И поэтому святая церковь торжественно исповедует Бога Сына единосущным Богу Отцу.

  Казалось бы, что такое одно слово? Но в нем – живой источник христианской надежды. Потому что лишь Сам Бог, соединившись во Христе с человеческой природой, мог уврачевать ее, воскресить и вознести на небо.

  Будем же молитвенно прославлять и благодарить тех, кто не дал помрачить истину и сохранил для нас путь к Богу во всей первоначальной чистоте.